В городе Аксай Ростовской области воздух пропитан ароматом борща и свежей выпечки. Здесь живет Татьяна Сорокина, которая за свою жизнь стала мамой для 87 детей, хотя лишь двоих родила сама. Сегодня у нее более 60 внуков и десятки правнуков. За этими цифрами скрываются не только любовь и радость, но и колоссальный труд, детские слезы и тысячи километров, пройденных ради одного письма и слов: «Тетя, будьте нашей мамой!». Корреспондент провела день в самой многодетной приемной семье страны, узнав, почему приемных детей возвращают обратно, на что тратят миллион и как жить в 75 лет, отвечая за десяток трудных подростков.
История семьи Сорокиных
Первый приемный ребенок появился у Сорокиных более полувека назад случайно: соседка оставила маленькую дочку Сашу на пару часов, а оказалось — навсегда. Супруги мечтали о большой семье, но после рождения сына Василия, у которого обнаружили генетическое заболевание (он не видит и не говорит), врачи запретили дальнейшие роды. Тогда они решили брать детей в семью, не обращая внимания на национальность, состояние здоровья или «плохую генетику». Они спасали, лечили, учили, но главное — дарили любовь.
Глава семьи Михаил ушел из жизни 13 лет назад, но его слова здесь помнят до сих пор: «Дом — это не стены. Дом — это когда тебя ждут. И если кто-то стучит в твою дверь, открывай». Сегодня дом по-прежнему наполнен детским смехом: во дворе подростки делают сальто на лужайке, играют в мяч, а рядом крутится улыбчивая девчушка с косичками.
«Это наша Таисия, самая младшая», — знакомит Татьяна Васильевна. Тасе 12 лет, у нее синдром Дауна, она не говорит, но все понимает. Родная мать бросила девочку в роддоме, а приемные родители вернули, не рассчитав силы. Сорокина забрала ее.
После смерти мужа Татьяна Васильевна решила, что больше не возьмет детей, но не смогла отказать троим братьям из Иркутска. Мальчики увидели Сорокиных по телевизору, написали письмо из детдома: «Добрая тетя, заберите нас», а потом раздобыли номер телефона и позвонили. Сердце дрогнуло, и она прилетела к ним со словами: «Здравствуйте, я ваша мама». Братьям было 10, 12 и 14 лет, их пьющую мать лишили родительских прав, отец неизвестен. Домой возвращались на поезде вчетвером. Сейчас парни выросли: двое стали сварщиками, один — грузчиком на складе. Они получили жилье от государства и часто приходят в гости.
Трудности приемного родительства
За последние десять лет Сорокиной передавали только тех детей, которых уже возвращали из других приемных семей. «Я понимала, на что иду, — говорит она. — Приемные родители должны знать: будет сложно. Но все возможно».
Почему дети повторно оказываются в детском доме? По мнению Татьяны Васильевны, материальное стимулирование сыграло злую шутку: «Когда мы начинали, речи о деньгах не шло, мы действовали по велению сердца. Сегодня у некоторых иная мотивация, а готовность не на том уровне. Такие дети часто нездоровы и требуют ресурсов — финансовых, временных, физических».
Среди главных проблем приемных детей она называет лень, запущенность, отсутствие гигиены и воровство. «Первое время они пытаются наесться впрок, прячут еду по шкафам. Я объясняю: хочешь есть — попроси, возьми. Но нужны годы, чтобы это исправить, и только собственным примером».
Семейный бюджет
Государство сегодня много делает для решения проблемы сиротства, и результат налицо. Доходы семьи Сорокиной стали стабильными, но детей сперва берут, а потом возвращают — это обратная сторона медали. «Дети не игрушки!», — подчеркивает она.
Татьяна Васильевна не раз слышала упреки, что приемные родители «наживаются» на сиротах. Она отвечает с улыбкой: «А вы сами попробуйте и поймете, кто за чей счет живет». Ее семейный бюджет: президентская пенсия плюс пенсия по возрасту и инвалидности (всего 75 тысяч рублей), зарплата приемной матери — 40 тысяч (половину отдает помощнице — дочери Александре). Кровный сын Василий, инвалид первой группы, получает пенсию 40 тысяч рублей, приемный сын-инвалид Денис — 20 тысяч. На семерых несовершеннолетних под опекой государство платит по 14 тысяч рублей в месяц (около 100 тысяч). Итого на семью из трех взрослых и семи ребят выходит 275 тысяч рублей, то есть 27,5 тысячи на человека в месяц.
Сорокина использует свои «лайфхаки»: оптовые закупки на рынках и продуктовых базах — фрукты и овощи ящиками, печенье коробками, муку упаковками. Средства гигиены тоже покупают впрок. Однако особых преференций нет: льготы как ветерану будут предоставлены только после выхода на пенсию, а это еще шесть лет, пока Таисии не исполнится 18. Компенсацию по ЖКХ не получают, так как в доме прописано более 30 человек — взрослых детей, которые с трудом выписываются на свои квадратные метры.
«Не люблю эти разговоры, — отмахивается Татьяна. — И ни у кого ничего никогда не прошу. Но дети всегда сыты, обуты-одеты. И знают, что их любят. Вот это главное. А себе за год я ничего не купила». Ее телефон разбит уже восемь лет, а старшие дети пользуются подержанными айфонами из ломбарда.
За каждые 14 тысяч, которые государство выделяет на ребенка в месяц, нужно отчитываться чеками. «Вот выходим мы из больницы, и сын попросит шаурму — 300 рублей. И я покупаю. И все — суточный бюджет съеден. А его еще одевать, обувать, в театры возить, в аквапарк, на экскурсии. Я все это делаю за свои деньги», — поясняет она.
Каждый день как подвиг
В 75 лет Татьяна Васильевна постоянно за рулем, выполняет функции бухгалтера, снабженца, логиста, воспитателя, психолога и миротворца. Ее день расписан по минутам: закупки, поездки по медицинским и социальным учреждениям, оформление детей в лагерь (путевки дают бесплатно), контроль уроков. Недавно она отправила сына Диму с мебелью на новую квартиру: «Приехал сын Руслан, которому я дом подарила, привез прицеп-будку. Туда влезли два дивана, холодильник, стулья, стол, тумба и всякая мелочь».
Самая большая боль
На вопрос, о чем она жалеет, Татьяна Васильевна отвечает со слезами на глазах: «Не пожалела ни разу, что приняла в семью всех своих детей. Хоть порой и было очень сложно. Жалею, что однажды отпустила».
Однажды в калитку постучала бабушка с девочкой лет двенадцати и буквально затолкала внучку во двор: «Иди, поживи в детдоме! Раз не слушаешься». Сорокина обняла перепуганную девочку по имени Седа и оставила жить. Та оказалась замечательным ребенком: хорошо училась, любила читать, была тихой и ласковой. Документы не оформляли, просто по-доброму приняли. Через полгода пришла тетя Седы с документами на опеку, и по закону Татьяна Васильевна не могла противиться. Вскоре пришла страшная весть: девочку убили. «Это моя самая большая боль и ошибка. Может, если бы я настояла, если бы поборолась… Она была бы жива», — говорит она.
Проблемы законодательства
Татьяна Васильевна поднимает проблему, которая бьет по карману приемных семей: когда ребенок поступает в ПТУ или колледж, его снимают с материального обеспечения семьи (те самые 14 тысяч в месяц). Средства перечисляют на карту подростка, хотя он по-прежнему живет дома, питается дома, а не в столовой. Родители оплачивают коммуналку, покупают одежду, а ребенок тратит деньги на гаджеты и шаурму за два-три дня. «Нельзя насильно переводить детей на полное обеспечение, если они живут в приемной семье. Нужен выбор: либо общежитие и полное гособеспечение, либо семья и пособие родителям», — считает она.
Миллион от президента
У Сорокиной три государственные награды, включая звание лауреата премии президента РФ в области образования за 2003 год. По закону ей полагалась доплата к пенсии, но местные чиновники отказывали 20 лет, мотивируя тем, что она работает приемной матерью. Пришлось обращаться к президенту России. «Добилась! Пересчитали с 2020 года, недоплата составила почти миллион рублей. Деньги пришли», — рассказывает она.
Миллион потратила на ЭКО для внука (сына приемной дочери), у которого не было детей. Теперь правнуку Тимошке полтора года. Остальные деньги пошли на свадьбы детям. Себе же Татьяна Васильевна откладывает на вставные зубы, но сначала покупает квартиры усыновленным детям: «У них нет права на государственную квартиру, в отличие от тех, кто под опекой. Но у меня все с жильем. Крыша над головой — главное. И обеспечить ее — задача родителей».
Среди наград — статуэтка «Совесть» от Российского детского фонда. «Именно это качество считаю самым главным для человека. Совесть и порядочность. Для приемного родителя это особенно важно», — говорит она.
Главный совет
Татьяна Васильевна уверена: «Если решились взять приемных детей, забудьте о том, что ребенок приемный. Любите, как своего. Чаще говорите, что любите его, что он хороший. Целуйте перед сном. Умейте прощать и терпеть».
На вопрос, что она сделает, если завтра в дверь постучит ребенок и попросит стать его мамой, Сорокина, вздохнув, отвечает: «Конечно, дверь не закрою. Но ведь я давно уже прабабушка, старшему правнуку почти 15 лет. Скорее всего, объясню ребенку свою ситуацию и обязательно помогу найти ему хорошую приемную семью».
Суточный расход семьи
Хлеб — 10 буханок, мясо — 3 кг, крупы или макароны — 3 кг, картофель на ужин — 8 кг, молоко и кефир — 3-4 литра, сахар — 1 кг, фрукты и ягоды — 3 кг, мука — 2 кг, яйца — 20-25 штук. Тридцатилитровой кастрюли борща хватает на два дня.
